Форум Библиотека Методики Статьи Программы Тесты Термины Психология в лицах Размещение информации Контакты

Поиск

Оглавление


Главная - История - Как уцелеть в информационной войне?

Как уцелеть в информационной войне?

КАТАКЛИЗМ БЕЗ ПЕССИМИЗМА, ИЛИ КАК УЦЕЛЕТЬ
В ИНФОРМАЦИОННОЙ ВОЙНЕ

Вот уже более полугода украинское общество живёт в особых условиях. Поток новостей негативного содержания – от фронтовых сводок до сообщений о проблемах с социальными выплатами – сопровождает нас непрерывно. Кто-то реагирует на полученную информацию бурно и остро, ретранслируя полученную агрессию. Кто-то переживает не менее остро, но молча, тем самым разрушая себя изнутри. А кому-то кажется, что происходящее вокруг нисколько не отражается на его душевном состоянии – мол, мир – внутри меня…

Тем временем психологи утверждают: так или иначе, но та мощная информационная атака, с которой мы сегодня столкнулись, вряд ли оставляет обывателю шанс «выйти сухим из воды» с точки зрения душевного равновесия. Однако если сформировать критический взгляд на происходящее, научиться анализировать всё, что мы видим и слышим, а не класть себе в рот кем-то тщательно приготовленное и разжёванное, то сохранить внутреннюю гармонию будет значительно легче.

О том, как не утратить адекватность в условиях массированной пропаганды – наша беседа с заведующим кафедрой общественных наук Одесского национального медицинского университета, доктором психологических наук, профессором, президентом Ассоциации психологов Донбасса Василием Лефтеровым.


Демократия как она есть

- Василий Александрович, насколько, на ваш взгляд, политизировано нынешнее украинское общество?

В.Л.: - Можно констатировать, что именно в настоящее время уровень политизированности достиг рекордной отметки. Политика как сфера отношений между людьми, живущими в обществе; как сфера жизнедеятельности, связанная с получением, удержанием и использованием власти, сегодня вошла в сознание миллионов людей. Она является предметом дискуссий, споров, предпочтений, политической и социальной активности граждан.

Замечу, что политизация происходит на двух уровнях – это мы тоже наблюдаем в нашем сегодняшнем обществе. Первый уровень – политизация на уровне поведения масс. Второй уровень касается поведения личности.

На уровне поведения масс индикатором высокой политизированности могут служить такие аспекты, как, например, высокая политическая активность людей, участие в различных митингах, других массовидных явлениях, в которых идёт продвижение тех или иных политических платформ, идей, идеологий и так далее. Далее, активизация существующих и активное создание новых общественных объединений граждан – политических партий, движений, организаций, где люди как раз могут себя реализовать в настоящее время. Следующее – это высокий процент участия людей, граждан в различных политических процессах, начиная от процессов формирования органов политической системы, участия в выборах до участия в так называемых экстремальных политических процессах. Это мятеж, бунт, революции...
Что же касается индикатора политизированности на уровне поведения личности, то здесь также можно отметить несколько моментов. Ну, например, это высокая протестная активность, высокая вовлеченность людей в вышеперечисленные политические процессы, минимально низкий уровень политического абсентеизма, то есть политической пассивности, политического равнодушия, бездействия. И, что, наверное, очень важно, – это гипертрофированная потребность людей в получении информации по актуальным, волнующим их политическим вопросам и событиям. И в этой связи я должен сказать, что этот накал политизации общества, причем – с разделением на разнополярные идеологические направления, связан также с колоссальным информационным воздействием. Можно констатировать, что мы с вами сегодня живем в период мощного информационного противостояния и даже информационной войны. Собственно, последние несколько десятилетий она, по сути, не прекращалась, и особенно это было выражено в годы холодной войны. Всё это время информационная война чередовалась вспышками активности и пассивности с подбором новых методов и средств её ведения, а также объектов и целей информационного воздействия.
Ну, а раз мы живем в эпоху информационной войны, то, как и в любой войне, здесь есть и победители, и побежденные, есть жертвы и есть пленные…

- Что представляет собой информационная война на практике?

В.Л.: - Это – целая система использования самых разнообразных средств, методов, приёмов, техник – к сожалению, далеко не всегда чистоплотных. Мы можем говорить о том, что в этом информационном противостоянии, как правило, участвуют все виды средств массовой информации. Самое главное, что явно выделяет информационную войну среди других информационных воздействий, – это то, что определённым категориям людей, отдельным регионам, каким-то социальным группам, общностям – большим и малым – навязываются чуждые, не свойственные им мысли, идеи, ценности, стереотипы поведения, какие-то культурные традиции. И именно это делает информационную войну войной, отличая ее от обычной рекламы, например. «Линия фронта» в информационной войне может проходить как на уровне континентов и стран, так и в отдельно взятом городе, регионе, поселке, на улицах и даже в конкретном доме, где используются те или иные источники информации.

- Различаются ли информационные источники между собой по силе воздействия на психику? В первую очередь, имеются в виду уже упомянутые СМИ.

В.Л.: - Безусловно, различаются. Здесь существует несколько подходов. Во-первых, бóльшим влиянием на психику человека обладают те информационные источники, которые прежде всего воздействуют на базовые эмоции человека и их модификации. Например, радость, гнев, страх, удивление, любопытство, интерес, отвращение, ненависть, азарт и так далее. Далее, не менее значимой силой воздействия на людей, их психику оказывают те информационные источники, те СМИ, которые пользуются наибольшим доверием и предпочитаются по сравнению с другими.

Как формируется доверие к информационному источнику при том, что их сегодня очень много? Во-первых, по общественно-социальному статусу этого источника: чем он выше, тем, соответственно, больше и уровень доверия к нему. Потому что чем выше статус, тем больше компетентных и авторитетных людей – членов правительства, известных политиков, религиозных, общественных деятелей – имеют отношение к этой информации. Доверие также достигается феноменом оперативности: люди желают верить тем источникам, откуда они получают самую свежую, первую информацию. Оперативность достигается сегодня разными методами, например, мы сегодня часто наблюдаем на телевидении, как репортажи ведутся непосредственно с места событий, где опрашиваются очевидцы, свидетели и так далее – то есть обеспечивается то, что называется «эффектом присутствия».

Априори высокой силой психологического воздействия обладают те информационные источники, которые используют визуализацию информации – видеоформат, фотоформат. Ведь то, что мы видим своими глазами, является для нас наиболее значимым, авторитетным и наиболее сильно воздействует на нас. Именно поэтому телевидение, интернет-видео – сегодня, наверное, их значение в получении информации нельзя переоценить. Люди получают информацию, совершенно не прилагая к этому никаких усилий, то есть пассивно, очень часто находясь в комфортных условиях – дома, на диване или в кресле. Кроме того, именно в телевизионном, видеоформате возможно использование манипулятивных технологий. Например, пресловутый 25-й кадр, о котором дискуссии до сих продолжаются. Также важно понимать, что специфическое сочетание звука, мелодии, картинки, цветовой гаммы с определенными логическими манипуляциями тоже имеет колоссальное влияние на нашу психику.

Есть масса других известных манипулятивных технологий – например, известная в телевидении и прессе «серая пропаганда», когда достоверная информация перемешивается с той, которая фабрикуется. Дальше, например, также известная техника «подтасовки» или «перетасовки карт» – когда целенаправленно, осознанно осуществляется отбор и подача информации только лишь негативной (либо позитивной) при одновременном замалчивании противоположной по смыслу информации. Есть также техника, например, осмеяния, когда для дискредитации тех или иных оппонентов подбираются различные эпитеты, оскорбительные выражения, имена и так далее. Техника «мнимый выбор», когда формально подается как-бы несколько точек зрения, но одну из них, которую хотят, чтобы она была принята аудиторией, незаметно представляют в более выгодном свете. Очень популярная сегодня техника повторения лозунгов, шаблонных фраз, речевок, и т.п., несущих сильную психолингвистическую, символическую нагрузку и обладающих силой установок, которые, как известно существуют в нашем подсознании, то есть, как правило, не осознаны нами. Такой же механизм воздействия имеет техника «сияющие определения», когда любые даже самые неблаговидные действия, поступки и призывы к ним обосновываются весьма благовидными, социально значимыми общепринятыми определениями и ценностями, имеющими общую положительную окраску и вызывающие доброжелательное отношение окружающих. Данная манипулятивная техника основана на эксплуатации положительных чувств и эмоций людей к определенным понятиям и словам, например, таким как «свобода», «демократия», «патриотизм», «дружба», «мир», «счастье», «любовь», «успех», «победа», «здоровье» и т.п.

Вообще сегодня техники и средства информационного воздействия - это целая индустрия. Я скажу, что эти манипулятивные техники изначально являлись предметом научных разработок специальных служб. И сегодня многие из этих техник, которые несут информационное воздействие и используются в информационной войне, являются засекреченными и закрытыми. То есть мы не все их даже можем знать. А на нас это воздействие тем временем осуществляется.

«Чтоб драмы – посерьёзнее, картинки – потемней…»

- Бесспорно, сейчас мы находимся в особых условиях. Но вспомним нашу жизнь даже полугодичной давности – да, у нас в новостях не было ежедневных фронтовых сводок, но, тем не менее, мы постоянно слышали сообщения о ДТП, событиях криминального характера, различных форс-мажорных ситуациях… Особенно это было характерно для центральных телеканалов, где информация собиралась со всех регионов Украины, и 30-минутный выпуск практически на 90% компоновался из сюжетов негативной окраски. Как вы можете это прокомментировать как психолог? Чтó здесь – заведомая манипуляция, либо же людям самим интересно слушать негативную информацию, узнавать о каких-то сенсациях с «черным» подтекстом?.. Какова здесь именно психологическая подоплека?

В.Л.: - Вы знаете, проблема сознательной негативизации современной жизни – это, к сожалению, как раз признак нашей сегодняшней реальности. Какие здесь могут быть психологические закономерности? Ну, во-первых, как таковое стремление получить информацию. У человека ведь срабатывают базовые инстинкты – самосохранения; инстинкты, связанные с безопасностью, с достижением комфорта… Если человек чувствует дискомфорт, он в бóльшей степени обращает на это внимание. Как на красный сигнал светофора. Кстати говоря, почему вообще используют красный свет в разных предупреждающих знаках – потому, что это цвет, сигнализирующий об опасности. И вот наша сигнальная система, наша психика изначально, опять-таки, генетически унаследовала от своих предков способность выбирать, вычленять из окружающей среды, «отфильтровывать» прежде всего именно те сигналы, которые могут нести в себе некую опасность. Не только физическую – это самый примитивный уровень. Мы говорим об опасности социальной, об опасности психологической, об опасности нравственной, об угрозе для самоидентификации человека как личности, как гражданина той или иной страны. И вот этим феноменом нашей психики пользуются, к сожалению, СМИ. Для чего? Для того, чтобы повысить рейтинги своих передач. Погоня за сенсациями, жареными фактами, которые еще подогревают неким негативом – ДТП, убийства, суициды, наркомания, алкоголизм, бедность, протесты… И, знаете, такой парадокс получается: это всё нам как бы противопоказано, это разрушает нашу психику, и, к сожалению, может привести к серьезным последствиям, своего рода «отравлению» негативной информацией. Но в то же время мы к этому постоянно стремимся, и, хотим мы этого или не хотим, но мы убеждены, что должны быть в курсе событий, должны обо всём этом знать – и вот этим как раз и пользуются.

Вообще, мы говорим сейчас о таких вопросах, которые требуют детального и глубокого рассмотрения. Они связаны с психическим здоровьем общества, нации, с его благополучием. Это здоровье имеет много факторов влияния – начиная от политики государства, направленной на правовое регулирование, дозирование количества негативной информации, звучащей в СМИ. К сожалению, Украина пока к этому не пришла. Свобода слова, свобода прессы – да, это замечательно. Но в той же Европе или Америке, где эти демократические принципы уже давно устоялись, всё же имеет место некая дозировка негативной информации для незрелых категорий населения – детей, подростков, и так далее. У нас этого нет, проблема психологической экологичности информации и деятельности СМИ остается открытой. Возможно, это связано пока что с нестабильностью в обществе, надеюсь мы это сделаем в перспективе...

Кроме того, раз уж мы заговорили на эту тему, идеология – это всегда очень интересная штука, которая может повернуть наше сознание в разные стороны. Но когда есть какие-то нравственные постулаты – ну, например, давайте их возьмем из православия, из религии – почему нет?.. И это лучше, чем постоянно видеть вокруг себя сплошной негатив и таким образом просто разрушать свою психику, свою жизнь, свои отношения. Это также потом отражается – прямо или косвенно – на тех процессах, которые мы видим сегодня в обществе. И, возможно, вот эти предыдущие 20 лет, в течение которых наше сознание, наша психика постепенно разрушались, и стало причиной того, что мы видим сегодня, – когда, скажем так, рамки цивилизованного взаимодействия иногда очень серьёзно попираются.

«Все почти с ума свихнулись, даже кто безумен был…»

- Все ли люди одинаково подвержены информационному воздействию – и если нет, то какие черты личности определяют уровень восприимчивости либо невосприимчивости?

В.Л.: - Наверное, это уже будет аксиома, что все люди совершенно индивидуальны в своем отражении и познании мира – также, как они индивидуальны в применении результатов этого познания. Конечно же, на нашу восприимчивость к тому или иному информационному воздействию влияет множество объективных и субъективных факторов. Это, в частности, пол, возраст, уровень образования, род занятий... Также такие психологические особенности, как темперамент, характер, тип нервной системы, типы эмоционального реагирования, мотивация, уровень реализации тех или иных потребностей, ценностно-смысловые установки, которые есть у человека, его убеждения, взгляды, ну, и так далее. В информационной войне существуют информационные технологии, которые могут быть направлены на отдельные категории населения – например, на молодежь, студентов, творческую интеллигенцию, частных предпринимателей, пенсионеров, и так далее. В то же время есть информационные методы, которые имеют тотальный, универсальный характер и воздействуют практически на всех – в разной степени, но на всех. И, пожалуй, очень немногие из нас – я бы даже сказал, единицы, способны противостоять этому воздействию, сохраняя критичность и рассудочность мышления.

Если говорить о каких-то конкретных категориях или типовых особенностях личности, определяющих уровень восприимчивости, то здесь можно говорить о людях, для которых характерна незрелость личностных образований. Наиболее подвержены воздействию дети, подростки, у которых еще не сформированы в достаточной степени личностные взгляды, убеждения, какие-то методологические жизненные позиции, принципы… Также влиянию подвержены люди эмоционально возбудимые, знаете, которые зажигаются, как спички, – это зависит от типа нервной системы – и таким образом реагируют на всё происходящее очень болезненно, очень остро… Также помимо людей с неустойчивой психикой, к «группе риска» следует отнести людей, которые имеют некий набор определённых психологических и личностных качеств – например, повышенный конформизм, то есть подверженность групповым влияниям; доверчивость, наивность, повышенный уровень гипнабельности (внушаемости). В первую очередь воздействию поддаются люди с недостаточным воображением, низким уровнем креативности, примитивным мышлением и так далее. Однако есть случаи, когда вот таким влияниям могут быть подвержены и достаточно грамотные люди в силу личной внушаемости.

- Какими последствиями для психики, психического здоровья чревато перенасыщение негативной информацией? Когда надо бить тревогу близким либо сам человек может понять, что он реагирует более остро, чем необходимо? И есть ли здесь вообще понятие нормы?

В.Л.: - Спектр реакций человека на негативное информационное воздействие весьма широк – от истерии и перевозбуждения до полной апатии и равнодушия. Что касается границ нормы, то это всегда было понятием относительным, а тем более – в наш динамичный век, когда норма каждый раз «не успевает» за реалиями жизни, за информационным развитием общества.

В то же время можно вывести несколько таких типовых эмоциональных, психологических, поведенческих реакций человека на информационное воздействие, которые при явно выраженном характере можно считать некоей патологией, отклонением от нормы. Во-первых, это повышенная тревожность, фрустрированность, чрезмерная возбудимость, чувство страха, неуверенности, такое ощущение постоянной нависшей угрозы и опасности – казалось бы, совершенно беспричинной, но она есть, – это тоже результат информационного воздействия, о котором мы говорим. Далее – чрезмерная увлечённость, одержимость, бескомпромиссность, доходящая до агрессии и враждебности, – это тоже проявление реакции на чрезмерный объём негативной информации. Нарушение привычного образа жизни – пожалуй, самая распространенная реакция. Наверное, 50 процентов – если не больше – тех людей, которые попали под вредное информационное воздействие, страдают расстройствами сна, бессонницей. Кроме того, часты нарушения режима питания, режима общения; снижается продуктивность выполняемой работы, то есть имеет место профессиональная неэффективность. Также к типичным реакциям на информационное воздействие можно отнести явно выраженную информационную зависимость, основанную на так называемом «псевдодефиците информации». Объективно её очень много, даже с перебором. Но человек постоянно испытывает информационный голод. Это как при жажде – нужен глоток воды, потом еще глоток… Информация в избытке, но человеку каждодневно, ежечасно, а иногда и ежеминутно нужно поступление всё новой и новой информации. Она перемешивается, наслаивается, как снежный ком – а её не хватает. Наступает даже определённая зависимость – как доза, извините. И чем дальше, тем хуже, и за этим наступают более серьезные процессы…

Креакциям на негативное информационное воздействие можно отнести и некие явно выраженные истерические и неадекватные поведенческие реакции. Это беспричинный плач либо смех, дискуссии с воображаемым оппонентом – то, что называется «разговор с телевизором»… Также наравне с истерическими реакциями могут иметь место повышенная конфликтность и конфликтогенность людей в своем социальном окружении.

- И непримиримость к своим идеологическим оппонентам…

В.Л.: - Безусловно. Непримиримость, бескомпромиссность: «только моё мнение правильное, и никакое другое». Люди начинают скандалить, ссориться, проявлять обидчивость, раздраженность, легко возбуждаются. Есть масса примеров, когда доходят до скандалов друзья, коллеги на работе, даже близкие родственники – не разговаривают неделями, месяцами и так далее... Вот это – острое проявление реакции человека на информационный стресс.

- Можно ли говорить о наличии корреляции между внешним негативом и деструктивными процессами и явлениями в обществе, как-то: алкоголизм, наркомания, преступность, суициды и т.д.?

В.Л.: - Сегодня в социальной психологии, в социологических исследованиях, в политологических научных разработках неоднократно акцентируется внимание на том, что внешнее негативное информационное воздействие,  безусловно, влияет на поведение человека. Собственно, вот та информационная война, о которой мы вначале говорили, – она-то как раз и нацелена на изменение поведенческих установок, на разрушение устоявшихся норм и ценностей изнутри. Та же преступность, те же психические отклонения, какие-то неадекватные и совершенно неприемлемые в обществе формы поведения – такие как алкоголизм, наркомания, суицидальность – они происходят не сами по себе. Человек, родившись, не знает о наркомании, алкоголизме, суицидах... Он эти знания приобретает путём получения соответствующей информации из доступных ему информационных источников. В данном случае это СМИ, это социальное окружение, которое может об этом постоянно говорить. Так было всегда, к сожалению. Но сегодня, когда по телевидению показывают способы осуществления суицида, причём конкретные технологии и методы; рассказывается, чтó при этом человек чувствует, как можно быстрее покончить жизнь самоубийством и при этом менее болезненно или более демонстративно, извините. И человек просто подсознательно научается этому. Точно так же мы узнаём о методах, приёмах и способах совершения тех или иных преступлений – начиная от мелких краж и заканчивая колоссальными интеллектуальными аферами. Более того, вот эта пропаганда насилия, пропаганда безнаказанности – к сожалению, она тоже есть, – пропаганда такой, знаете, преступной романтики и бравады – всё это также негативно влияет на сознание, особенно людей с еще неустоявшейся, неокрепшей психикой, на детей, на подростков, на юношей. Поэтому мы меем такой высокий процент и преступности, и алкоголизма, и проституции в том числе. Конечно, извините, но в Украине это тоже серьезная социальная проблема – нарушение правильного полового поведения людей. И это страшно, потому что приводит к различным заболеваниям – в частности, к распространению ВИЧ буквально в геометрической прогрессии.

- А ведь ещё бывает и так, что люди, усиленно просматривая новости, остро реагируют на увиденное, и их реакцией на тотальную беспросветность ситуации становится уход от реальности. Способы разные: алкоголизм, наркомания, погружение в виртуальный мир (интернет-зависимость), игромания. Насколько такая реакция распространена и прогнозируема в связи с негативным информационным воздействием?

В.Л.: - Знаете, вы подняли очень серьёзный вопрос – о корреляции между негативным информационным воздействием и различными социально неправильными формами поведения, я бы даже сказал, социально опасными. Кроме того, что они просто разлагают человека, его психику, разлагают общество в целом, они также формируют некоторые защитные реакции нашего организма на вот эту негативную информацию. Некоторые люди, действительно, находясь под вот таким манипулятивным информационным воздействием, попадают на преступный путь, становятся алкоголиками, наркоманами. Другие люди начинают вести подобный тупиковый образ жизни, оправдывая своё поведение тотальной «безнадёгой». Иногда встречаются такие формы психологической защиты, когда люди не способны самостоятельно справиться вот с тем шквалом негатива, который, мало того, что может происходить в их жизни в силу разных объективных и субъективных ситуаций – у каждого человека ведь случаются разные периоды в жизни – а плюс еще массированное негативное информационное воздействие извне. И человек, не находя других способов, – нормальных, приемлемых – либо он их не знает, либо он их не в состоянии освоить – идёт по линии наименьшего сопротивления, замыкаясь в виртуальном мире и совершенно отрекаясь от реальности. Также это и телемания, музыка – когда её слишком много, это тоже ненормально; компьютерные игры, интернет… Плюс прочие формы зависимости – например, игромания. Страшная зависимость, в которой человек просто теряется, растворяется в этих играх, таким образом компенсируя некую свою ущербность, пытаясь защититься от внешнего негатива таким неправильным способом. Хотя хуже всего, конечно, когда человек дополнительно наносит себе еще и физический вред, губит свое здоровье наркоманией и алкоголизмом.

«Страшно, аж жуть…»

- Ваше мнение как психолога: откуда в нас вообще страсть к агрессии, насилию, «адреналиновым» зрелищам? Во все времена, по крайней мере, постсоветские, у нас пользуются популярностью боевики и триллеры. Такое впечатление, что нам не хватает острых ощущений, эмоций, и мы их черпаем извне. Несколько дней назад на одном из форумов я наткнулась на просьбу пользователя посоветовать какой-нибудь «хороший ужастик, чтобы пострашнее». То есть реальных «ужасов» на телеканалах народу не хватает, хочется ещё и в художественных фильмах. Как тут не вспомнить недавнюю премьеру «Вия», ставшего лидером кассовых сборов… Почему? У человека в этом объективная потребность?..

В.Л.: - Чуть раньше мы уже говорили о том, почему человек реагирует на красный цвет и более восприимчив к негативным эмоциям – потому что это его такая инстинктивная потребность для обеспечения самосохранения, собственной безопасности.

Что касается агрессии, то есть несколько теорий на этот счет, и мы сейчас не будем в них вдаваться – это отдельная большая тема. Кстати, несколько лет назад мы разрабатывали и проводили специальный тренинг противостояния агрессии. То есть имеется определённый практический опыт в этом плане, тематические публикации, и поэтому говорить об агрессии можно очень долго. Я постараюсь покороче. Человечество в течение своей жизни всегда стояло на грани, скажем так, совершенствования и развития своей агрессии. И ряд ученых утверждает, что человечество смогло выделиться из окружающей среды и выжить в экстремальных условиях первобытного общества именно за счёт природно обусловленной агрессии. И опять-таки, благодаря ей мы сегодня имеем, скажем так, тот уровень цивилизации, который имеем. Вообще, агрессивность имеет такую двухполярную модель. Первое – это деструктивная агрессивность, которая разрушает самого человека, жизнь и здоровье окружающих людей, материальные ценности. Такую агрессивность человек демонстрирует по разным мотивам – просто агрессивность ради агрессивности; получение садистских наслаждений – и такое может быть. Либо для того, чтобы поработить, подчинить путем агрессии себе другой объект – отдельного человека или массу людей. Как мы видим из исторического развития, более агрессивные народы, этносы со временем выделились в государства, и в дальнейшем, за счёт многовековых агрессивных, захватнических войн они имеют колоссальные территории и определённый уровень национального самосознания. Это касается как маленьких государств, сумевших сохранить свою идентичность, так и сверхдержав, которые есть сегодня в мире.

В то же время существует конструктивная, или позитивная агрессивность, которая позволяет любому нормальному человеку добиваться жизненного успеха. В этом случае мы говорим о той агрессивности, которая не будет подавлять, унижать, разрушать другого человека, а при здоровой конкуренции, при прочих равных условиях, например, в спорте, будет помогать человеку добиваться более высоких результатов – помимо спортивного мастерства, волевых качеств, тактических, психологических установок, и так далее. Поэтому должна быть агрессивность в жизни. Знаете, людей с низким уровнем агрессивности считают у нас как бы неуспешными, вот тем, что называется словом «лузер». Поэтому я придерживаюсь той точки зрения, что в каждом человеке должен быть оптимальный уровень агрессивности, которая позволяет ему развиваться, при этом не нанося ущерба окружающим.

- «Зубастость»?

В.Л.: - Да, «зубастость», можно так сказать. Это что касается агрессивности.

- А касательно тяги к просмотру боевиков, фильмов со сценами убийств, насилия? Это что, нереализованная агрессивность?

В.Л.: - Потребность в агрессивности у человека бывает разной… Она может быть вызвана какими-то базовыми жизненными установками, когда человек, например, должен отстаивать свое имущество, свой дом, свою семью, свои ценности и идеалы. Здесь агрессивность должна присутствовать. Если же рассматривать тот случай, о котором вы говорите, то есть когда он жаждет эту агрессию видеть или даже непосредственно в ней поучаствовать, то здесь, наверное, мы можем говорить о нескольких моментах. Ну, прежде всего, здесь возможна компенсация каких-то комплексов неполноценности. Некоей ущербности. Знаете, люди становятся агрессивными, злыми и враждебными, когда кто-то рядом оказался более успешным, более реализованным, более умным, талантливым, продвинутым в профессии, карьере… И вот возникает комплекс неполноценности. Где его можно реализовать? Если человек просто набросится на того, кому он завидует, то он может понести за это ответственность – в том числе и уголовную. И поэтому он реализует себя, свою «жажду крови» вот в просмотрах этих фильмов, в каких-то экстремальных компьютерных играх, которые тоже могут иметь серьёзный уровень агрессии – убийства, разрушения и так далее. Кроме того, бывают  случаи, когда человек – по теории Зигмунда Фрейда – компенсирует некоторые свои негативные эмоциональные «прорывы». В этом случае он, чтобы не нанести ущерб окружающим, «спускает пар» за просмотром каких-то агрессивных картинок, сюжетов, и так далее. В данной ситуации это может быть элемент определённой терапии – пусть он лучше там «вызверится», чем будет наносить ущерб своим близким, сослуживцам и так далее. Это некий даже элемент позитивный, я считаю.

- То есть это как разновидность сублимации?

В.Л.: - Да, это некий вид сублимации. Но разница в том, что сублимация, по теории Фрейда, – это выплёскивание своей какой-то бессознательной энергетики на социально оправданный вид деятельности… А здесь – ну, какая социальная значимость того, что мы смотрим какой-то агрессивный фильм или страстно наблюдаем за какими-то агрессивными противостояниями, событиями? Здесь, скорее всего, любопытство и то, что я говорил, – компенсация, «спуск пара», который накапливается в человеке по разным причинам. Вот и всё.

- «Любовь» к фильмам ужасов имеет ту же природу?

В.Л.: -  Здесь, на мой взгляд, имеют место не только и не столько какие-то комплексы. Здесь скорее особенности воображения. Я знаю людей, которые смотрят очень страшные фильмы, и при этом говорят: «А что здесь страшного, ведь это всего лишь кино!». То есть люди, исходя из особенностей своего воображения, сразу выставляют какую-то защиту при просмотре этих фильмов. И эти фильмы могут не влиять на их психику так, как они могут повлиять на психику другого человека.

- Но сам факт потребности в просмотре этих фильмов?..

В.Л.: - Ну, вообще, я думаю, поклонников подобного жанра на самом деле в общей массе – процентов 10 – 15, максимум до 20. Плюс я знаю многих людей, которые боятся фильмов ужасов, не смотрят их на ночь, то есть какие-то правила для себя устанавливают. Хотя есть и люди, которые в любое время суток фильмы ужасов впитывают себя, как губка…
Что касаемо потребности – давайте задумаемся, почему мы вообще смотрим любой фильм? Некоторые ведь смотрят и «мыльные» сериалы, хотя там тоже вроде как пользы никакой… Здесь много моментов. Иногда – просто ради любопытства, получения эстетического удовольствия, о вкусах-то не спорят. Мы же не можем отрицать, что некоторые фильмы ужасов сделаны очень профессионально, представляют собой высший пилотаж кинематографии и актерского мастерства. И люди, если они любят эти фильмы, смотрят их так же, как мы с вами, например, смотрим пьесу Шекспира или слушаем оперу Верди. Вполне возможно, что даже в отношении триллеров существует эстетическое наслаждение, получение позитивной эмоции и даже релакса от просмотра – такое тоже есть, и мы не можем это отрицать. Так же, как и мы с вами смотрим какие-нибудь детективы, приключенческие фильмы… Понимаете, каждый по-разному воспринимает этот мир, живёт в нем и отражает его. И каждый испытывает разные потребности. Как говорится, «главное, чтобы человек был хороший». Если пристрастие к фильмам ужасов не отражается на его поведении, на его труде, на общении с близкими, то, пожалуйста, на здоровье, – пусть смотрит, получает наслаждение, снимает свои стрессы, расслабляется, избавляется от ненужной агрессии. Поэтому здесь, наверное, я бы не утверждал категорически  о наличии какой-то патологии. Да, это может быть её признаком, но не основным, не определяющим. А определяющими здесь являются вот те реакции, о которых я сказал чуть раньше.

«Те, кто выжил в катаклизме, пребывают в пессимизме…»

- Существует ли какая-то объективная мера потребности среднестатистического человека в информации? И насколько то огромное информационное поле, которое нас окружает, больше, чем нам необходимо?

В.Л.: - Вы знаете, в наш информационный век, наверное, трудно установить границу, какую-то норму того, какая доза информации человеку необходима, какая ему будет полезна, а какая может уже привести к каким-то эмоциональным, стрессовым, экстремальным переживаниям. Всё зависит, конечно же, от эпохи. Ещё 20 – 30 и тем более 100 – 200 лет назад даже десятую, а, может, и сотую долю той информации, которую сегодня мы получаем в течение недели или месяца, человек мог получать за всю жизнь. Раньше. Сегодня мы пересматриваем эти информационные влияния, воздействия. Потребность в информации у человека есть всегда, с самого рождения – он только появился на свет, и уже смотрит, изучает окружающий мир. Весь процесс его личностного развития, его социализации, интеграции в общество, получения профессии, формирования гражданской позиции, нравственных ценностей, убеждений, взглядов, интересов – он связан с получением информации. Без информации мы будем попросту находиться в информационной изоляции и не будем полноценны. Но в то же время передозировка информации, тем более, если эта информация сочетается с дезинформацией, когда люди попадают под манипулятивные информационные техники, – здесь, конечно же, не только наносится вред личностному развитию, личностной и социальной идентичности отдельного человека, но это отражается и в целом на общественном и социальном здоровье общества.

- Как человек может противостоять системному негативному информационному воздействию и уберечь свою психику от его последствий?
 
В.Л.: - Если говорить о долгосрочной и краткосрочной перспективе влияния информационного стресса на сознание и психику людей, то здесь, наверное, следует опять вернуться к понятию феномена информационной войны. В любой войне – сегодня это уже признанный факт – есть такое определение, как «боевая психическая травма», которая даёт о себе знать непосредственно в ходе военных действий или уже после их завершения. Проявляется она по-разному – начиная от пассивности, апатии, индивидуальной паники до гиперактивности, когда человек мечется, не знает, что ему делать, пытается найти совершенно необоснованное укрытие, убегает… Это может быть также вариант отрешённости, когда человек совершенно теряет волевой контроль над собой, и так далее. Последствия боевой психической травмы могут выражаться в отсроченных реакциях, и это понятие уже включено в международную классификацию болезней под названием «синдром посттравматического стрессового расстройства (ПТСР)». И вот, если говорить об информационном воздействии – я убежден, что пусть не в таком явном проявлении, но в результате информационной войны у нас также есть информационные психические травмы, есть отсроченные проявления стрессовой реакции на информационное воздействие, которое могло иметь место даже несколько лет назад. И симптомы этого травматического расстройства, отсроченного расстройства можно испытывать на себе в течение долгого времени.

Поэтому – что рекомендуется людям в условиях вот такого эмоционально-информационного стресса? Прежде всего – все универсальные техники и методики управления стрессами и их нейтрализации. Ведь, по сути, стрессы  являются неотъемлемой частью даже самой что ни на есть мирной жизни – стрессы в семье, в учёбе, профессиональные стрессы, и так далее.

Но, конечно же, в данном случае есть своя специфика именно касательно информационного прессинга. Так уж получается, что современный человек вынужден быть волей-неволей участником этой информационной войны. Где-то активным, где-то пассивным, но, наверное, полностью избежать этого сегодня невозможно. Ну, разве что уехать на необитаемый остров, уединиться, стать затворником и ни с кем не общаться, не использовать никакие средства информации. Но здесь мы будем чувствовать себя ущербно от нехватки информации, необходимой для нашего нормального функционирования, для качества жизни. И вот вопрос: как оградить себя от негатива, не потеряв при этом связи с реальностью?..

Сразу хочу сказать, что сила информационного воздействия становится менее эффективной, когда оно осуществляется среди людей, которые достаточно информированы, достаточно компетентны с точки зрения возможности манипуляции их сознанием СМИ – то есть знают об этих манипуляциях, о которых я сегодня уже говорил. И, в принципе, то, что мы сегодня рассказываем людям – это тоже элемент информированности, который позволит им некоторым образом нейтрализовать эти негативные информационные воздействия.

Я бы выделил таких 3 концептуальных линии поведения человека в условиях информационного воздействия.
Первое: это управление и рационализация. Перефразируя известное юмористическое выражение, скажу: если мы не знаем, что нам с этим делать, надо научиться этим управлять. Управлять потоками информации. Это сложный процесс, но, в принципе, ему можно научиться. Управлять дозами информации. Управлять умением эту информацию анализировать, обобщать, фильтровать при необходимости, а также рационализировать, то есть учиться переходить с эмоционального реагирования на реагирование рациональное, рассудочное. Иными словами, подвергать эту информацию интеллектуальной обработке.

Вторая линия поведения: минимизировать вред от информационных воздействий на психику и здоровье человека. Многие люди сегодня, я знаю, уже начинают это делать – просто не смотрят информационные программы. Это, конечно, крайняя мера. Более мягкий вариант – дозированный просмотр телепрограмм и такое же дозированное пребывание в Интернете. Ведь в жизни, кроме информации, существует масса других, более приятных вещей. Нужно помнить о своих наиболее важных ценностях и стремиться жить полноценной жизнью, потому что информационное воздействие снижает потенциальное качество жизни человека. Заниматься спортом, реализовывать себя в хобби и увлечениях, не забывать о театре, музыке, литературе, в конце концов, где можно также информацию почерпнуть, но уже эстетически окрашенную, с художественными образами. Стараться проводить больше времени с близкими людьми, обратить внимание на такие моменты, как помощь окружающим, сострадание, милосердие, благотворительность – это также помогает нейтрализовать негативное информационное воздействие и решить ряд других проблем, связанных со стрессом, с личностными комплексами и проблемами, которые, повторяю, могут быть у любого человека сегодня.

Ну, и третья линия поведения – если всё-таки негативное воздействие происходит, и мы в этом процессе принимаем непосредственное участие, нужно научиться извлекать даже из не слишком позитивных вещей пользу. По принципам «век живи – век учись» и «всё, что не убивает нас, делает нас сильнее». Поэтому, получив опыт информационного воздействия, мы становимся безусловно сильнее – если сумели научиться правильно анализировать. Опыт – великая штука, он повышает стрессоустойчивость, формирует толерантность к негативному информационному воздействию и, я бы сказал ещё, вырабатывает к нему некий иммунитет. Вот в этом случае, если мы будем придерживаться этих трёх линий поведения, то вполне можем выйти победителями в любой информационной войне. Или, как минимум, не проиграть в ней, не стать ее жертвами.

Беседовала Анна Роговская

Интервью записано в рамках программы «Качество жизни»
Донецкой областной государственной телерадиокомпании

Апрель-июнь 2014           


Тэги: Информационная война  Алкоголизм 

Разработка - компания Мегаинфо